hashtelegraph.com
Пять криптобирж заполнили нишу, образовавшуюся после ликвидации Garantex, и сейчас помогают российским пользователям обходить международные санкции — к такому выводу пришла аналитическая компания Elliptic в докладе, опубликованном в субботу.
По данным Elliptic, биржи Bitpapa, ABCeX, Exmo, Rapira и Aifory Pro предоставляют возможность конвертировать рубли в криптовалюту, которая затем переводится через границу без каких-либо посредников и обменивается на иностранную валюту. «Несмотря на усиливающееся регуляторное давление, многие из этих бирж, часть которых номинально зарегистрирована за пределами России, по-прежнему проводят значительные объемы операций с криптоактивами, связанными с подсанкционными структурами», — отмечает компания.
Bitpapa: постоянная смена адресов как инструмент уклонения
Единственной биржей из перечисленных, уже попавшей под санкции, оказалась Bitpapa. Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC) включило ее в санкционный список в марте 2024 года именно за содействие уклонению от ограничений. Elliptic установила, что около 9,7% исходящих средств Bitpapa направляются подсанкционным адресатам, а сама биржа намеренно управляет кошельками, постоянно меняя адреса, чтобы избежать обнаружения.
ABCeX, Exmo и Rapira: деятельность в Москве и за рубежом
ABCeX, по данным аналитиков, работает из московского «Федерация Тауэр» — того же здания, где располагался Garantex. Биржа обработала не менее $11 млрд в криптовалюте, значительная часть которой направлялась на Garantex и Aifory Pro.
Наиболее резонансным в докладе стало заявление об Exmo: несмотря на официально объявленный выход из России — биржа продала бизнес структуре Exmo.me — Elliptic утверждает, что Exmo.com и Exmo.me «продолжают использовать единую инфраструктуру хранения», что позволяет смешивать средства российских и западных пользователей. Прямые транзакции с подсанкционными структурами через эти платформы превысили $19,5 млн.
Rapira зарегистрирована в Грузии, однако имеет офис в Москве. По данным Elliptic, биржа провела более $72 млн в прямых транзакциях с Grinex — преемником Garantex, также находящимся под санкциями.
Aifory Pro: обход блокировок через виртуальные карты
Aifory Pro, работающая в Москве, Дубае и Турции, пошла дальше остальных: компания открыто предлагает виртуальные платежные карты на базе USDT для оплаты иностранных сервисов, заблокированных в России. Фактически биржа позиционирует обход санкционных ограничений как штатную услугу.
Тем временем криптовалютный рынок в России продолжает расти на фоне развития регуляторной базы. Минфин и Центральный банк ускоряют разработку законодательства для цифровых активов. По данным Chainalysis, в 2025 году адреса, связанные с незаконной деятельностью, получили не менее $154 млрд — на 162% больше, чем годом ранее. Главным драйвером стал рост средств, поступивших на адреса подсанкционных структур: плюс 694% в годовом выражении. При этом компания оговаривается, что речь идет о нижней границе оценки — только по адресам, идентифицированным на текущий момент.
Европейский союз сегодня рассматривает 20-й пакет санкций, который предусматривает полный запрет на криптовалютные транзакции с Россией. Если пакет будет принят, это станет одним из наиболее масштабных ограничений в отношении российского крипторынка за всё время действия санкционного режима.
Мнение ИИ
С точки зрения машинного анализа данных, история повторяется с удивительной точностью. После закрытия BTC-e в 2017 году на ее месте немедленно появился Wex — и схема воспроизвелась один в один: новая вывеска, та же аудитория, тот же функционал. Garantex ликвидировали — возник Grinex, а вместе с ним еще пять площадок. Паттерн «гидры» работает безотказно: санкции против одного узла децентрализуют сеть, делая ее структурно устойчивее к следующему удару.
Технический парадокс ситуации состоит в следующем: блокчейн по природе своей прозрачнее традиционного банкинга — все транзакции публичны и отслеживаемы. Elliptic и Chainalysis фиксируют эти потоки в режиме реального времени. Проблема не в обнаружении, а в правоприменении через юрисдикции, которые не спешат сотрудничать. Стоит задать вопрос: если санкции стимулируют децентрализацию криптоинфраструктуры, не создают ли они систему, более устойчивую к регулированию, чем та, с которой изначально боролись?