rbc.ru
В последнее время в новостях и дискуссиях относительно регулирования крипторынка все чаще упоминаются «некастодиальные кошельки». Регуляторы по всему миру, в том числе ЦБ РФ, часто предлагают запретить их или ограничить вывод криптовалюты на такие кошельки, а международная Группа по борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма (FATF) причисляет их к зоне повышенного риска. Разбираемся, что такое некастодиальные кошельки, чем они отличаются от биржевых и почему вокруг них столько споров.
Слово «некастодиальный» происходит от английского custody — хранение, опека. Если объяснять простыми словами, то это способ хранения криптовалюты, при котором все ключи, то есть доступ к кошельку или адресу, находятся только у пользователя, который несет единоличную ответственность за свои средства. И наоборот, кастодиальный — тот тип кошельков, когда доступ и ответственность за хранение разделяется между пользователем и третьим лицом.
Приватные ключи (закрытые ключи, private keys) — это уникальные, случайно сгенерированные цифровые коды или набор символов, служащие главным «паролем» для получения доступа к блокчейн-адресу или списку адресов. Они позволяют подписывать транзакции. Важно понимать, что пользователь в блокчейне не владеет адресом и хранящимися на нем активами, а приватный ключ просто дает ему право доступа управления на этом адресе.
Кастодиальные кошельки
Аналогом кастодиального сервиса можно назвать банковский счет, положив деньги на который клиент доверяет свои средства организации. Некастодиальный же кошелек — скорее подобие сейфа в подвале вашего собственного дома. Если совсем просто, то кастодиальный кошелек подразумевает наличие посредника. Например, к таким кошельками относятся аккаунты на централизованных биржах (Binance, Bybit, OKX), а также счета у брокеров или в специализированных депозитариях.
Чаще всего для получения кастодиального кошелька на бирже нужно пройти регистрацию и верификацию личности (процедуру KYC — «знай своего клиента»). А сами приватные ключи от активов на кошельке хранятся на серверах сервиса. Управление в этом случае происходит через интерфейс сайта или приложения, и если пользователь забудет пароль от аккаунта, то сможет восстановить его через техподдержку, как в обычном банке или схожем сервисе.
Из минусов можно отметить, что кастодиальный сервис или кошелек не дает пользователю полного контроля над активами, и если биржа обанкротится или случится взлом, то средства могут быть потеряны.
Некастодиальные кошельки
Некастодиальные кошельки выглядят как отдельные программы или устройства, которые не требуют создания аккаунта и тем более прохождения KYC. К таким относятся, например, MetaMask, Trust Wallet или аппаратные решения типа Ledger или Trezor.
При создании такого кошелька генерируется приватный ключ, состоящий из набора символов и так называемая сид-фраза из 12-24 слов для восстановления приватного ключа. Как правило, эти данные генерируются на устройстве пользователя — компьютере, телефоне или на специальном устройстве вроде Ledger. При соблюдении всех рекомендаций этот ключ недоступен для третьих лиц.
Одной из особенностей является то, что приватный ключ не принадлежит какому-то отдельному сервису и пользователь в любой момент может использовать его одновременно посредством нескольких приложений или сервисов. Приватный ключ позволяет взаимодействовать с блокчейн-сетью напрямую, собственноручно выписывая транзакции своим ключом без одобрения посредника.
К минусам некастодиальных кошельков относится то, что техподдержка, как в случае с кастодиальными, не сможет вернуть вам доступ при утрате приватного ключа. Такая утрата означает безвозвратную потерю доступа, и ни один сервис или человек не смогут помочь в решении проблемы.
Позиция регуляторов
Именно полная автономия и отсутствие привязки к личности делают некастодиальные кошельки предметом пристального внимания регуляторов по всему миру. Так, например, первый зампред ЦБ РФ Владимир Чистюхин в эфире Радио РБК назвал причиной такого отношения «недостаток контроля» с точки зрения борьбы с отмыванием денег (ПОД/ФТ).
Эту позицию разделяют и на международном уровне. В отчете FATF прямо подчеркивается, что переводы через частные (некастодиальные) кошельки создают уязвимость, поскольку проходят вне системы обязательного контроля AML.
Но, несмотря на жесткую риторику, полного запрета некастодиальных кошельков не планируется. Регуляторы не намерены отбирать уже существующие активы или как-то ограничивать их использование.
«Вся крипта, которая сегодня находится у российских лиц… ничего с ней происходить не будет. Она как принадлежала российскому резиденту, так и будет принадлежать. Никакого наказания за ее наличие нет», — резюмировал представитель ЦБ.
Криптовалюту на личных, так называемых некастодиальных, кошельках россиянам не запрещается хранить и можно будет задекларировать для легальных сделок. Но выводить активы из официальных российских криптовалютных депозитариев и обменников можно будет только на кастодиальные кошельки, которые подразумевают идентификацию клиента