hashtelegraph.com
Сенаторы США 14 июля 2026 года внесли обновлённую версию двухпартийного законопроекта Sanctioning Russia Act (S.1241). Документ прямо предусматривает блокирующие санкции против Центрального банка России, а максимальная ставка пошлин для стран — крупных покупателей российской нефти и газа установлена на уровне 100%. Инициативу поддержала администрация Трампа, а авторы законопроекта посвятили его памяти покойного сенатора Линдси Грэма (Lindsey Graham), одного из соавторов билля.
Полный текст поправок опубликован на официальном сайте Конгресса США.
Санкции против Центробанка — норма закона
Законопроект вводит санкции против финансовых институтов, связанных с российским государством, включая Центральный банк России, Сбербанк, ВТБ и Газпромбанк. Санкции вводятся автоматически, если президент определит, что Россия отказывается от мирных переговоров с Украиной, нарушает мирное соглашение или начинает новое вторжение. Речь идёт о блокирующих санкциях: заморозке активов, запрете операций и дополнительных ограничениях на работу с корреспондентскими счетами.
Аналитик Виктор Першиков в своём Telegram-канале объясняет, чем грозит подобное ужесточение для Банка России. Действующий режим ограничений применяется с 2022 года на основании Executive Order 14024 — американским лицам уже запрещены операции с ЦБ, Фондом национального благосостояния и Минфином, а активы иммобилизованы. При этом Центробанк пока не включён в полный SDN-лист, что Першиков называет принципиальным различием: сейчас операции чаще просто отклоняются, а не приводят к блокировке имущества третьих сторон.
Чем грозит полное ужесточение
Першиков приводит в пример иранский кейс 2012 года — тогда вторичные санкции против иностранных банков привели к массовому отказу от расчётов с иранскими контрагентами. По его оценке, для отношений с США мало что изменится: ограничения и так уже жёсткие. Основной удар придётся на банки дружественных России стран — Беларуси, Казахстана, Таджикистана и Китая, которым придётся выбирать между сохранением доступа к американской финансовой системе и работой с российскими контрагентами.
Среди возможных последствий:
закрытие корреспондентских счетов в разных валютах банками третьих стран, опасающимися вторичных санкций
осложнение управления резервами, в том числе в юане, — актив останется на балансе, но его конвертируемость и использование окажутся серьёзно ограничены
рост осторожности банков при обработке платежей, которые могут быть связаны с ЦБ РФ, и как следствие — смещение расчётов в сторону крипты, бартера, наличных, двустороннего клиринга и небанковских посредников
Полное включение ЦБ РФ в SDN само по себе не означает автоматического запрета всей торговли с Россией, отмечает Першиков, но удар по внешней торговле и торговому балансу будет ощутимым: иностранные банки, включая дружественные, начнут подозревать практически любой государственно организованный платёжный канал в связи с Банком России.
Что в итоге
Обновлённая версия Sanctioning Russia Act закрепляет санкции против Центробанка России как автоматическое последствие при определённых условиях, связанных с ходом переговоров по Украине. Дальнейшая судьба документа зависит от голосования в Конгрессе и от того, воспользуется ли президент правом отложить или отменить действие санкций.
Мнение ИИ
С точки зрения машинного анализа данных нынешняя инициатива выглядит не разовым решением, а логичным продолжением многолетней эскалации. Хронология демонстрирует постепенное сужение периметра: в 2022 году в SDN-лист попали ВЭБ.РФ, Промсвязьбанк, Сбербанк и Альфа-банк, тогда как сам Банк России формально оставался вне списка почти четыре года, храня статус «серой зоны» ограничений.
Макроэкономический ракурс добавляет дополнительный слой риска: попытки обхода через альтернативную систему передачи финансовых сообщений Банка России уже вызывали отдельные предупреждения Управления по контролю за иностранными активами Минфина США (OFAC) для иностранных банков. Полное включение ЦБ в SDN способно ускорить переход резервов и расчетов в контуры, менее заметные для регуляторов США. Останется ли такой сдвиг временной адаптацией или закрепится как новая архитектура расчетов — вопрос, на который ответ даст практика следующих месяцев.