hashtelegraph.com
Комитет Госдумы по финансовому рынку направил в Министерство финансов пакет поправок к законопроекту № 1194918-8 «О цифровой валюте и цифровых правах» ко второму чтению. Инициатором выступил депутат от ЛДПР Дмитрий Новиков.
Поправки существенно меняют логику документа, который правительство внесло в Госдуму 1 апреля 2026 года. Первая редакция уже вызвала резкую критику со стороны участников рынка — по их оценке, документ в исходном виде был способен уничтожить легальный криптовалютный рынок в стране.
Что не устраивало рынок в первой редакции
Исходный законопроект строился на жёсткой централизации: любые операции с цифровыми активами — только через обязательные цифровые депозитарии и лицензированных посредников. Вывод активов из депозитария допускался исключительно на счета лицензированных иностранных площадок, тогда как перевод на некастодиальные кошельки фактически оставался за рамками правового поля.
Лимит для неквалифицированных инвесторов первоначально обсуждался на уровне 300 тыс. руб. в год — сумма, которую отраслевые юристы охарактеризовали как недостаточную даже для фрилансера, принимающего оплату в криптовалюте. Критерии допуска активов к организованным торгам де-факто ограничивали список допустимых инструментов биткоином и Ethereum: требуемая капитализация — от 5 трлн руб., среднедневной объём торгов — от 1 трлн руб. Нативные токены других блокчейнов, включая $SOL и $TRX, под эти параметры не подпадали, что делало работу многих сетей и стейблкоинов в легальном поле невозможной.
Параллельно правительственная комиссия одобрила введение в Уголовный кодекс статьи 171.7 «Незаконная организация обращения цифровой валюты» — с санкциями до 7 лет лишения свободы для организованных групп и порогом уголовной ответственности от 3,5 млн руб.
Что предлагают изменить
Пакет поправок Новикова охватывает сразу несколько принципиальных вопросов.
- P2P-сделки между физическими лицами с обменом цифровой валюты на наличные предлагается вывести в исключение из общего запрета — с лимитом 600 тыс. руб. за одну операцию.
- Вывод цифровых активов из цифрового депозитария на некастодиальные кошельки должен стать разрешённым. В первой редакции он допускался исключительно на счета лицензированных иностранных площадок.
- Понятия цифровой валюты (актив без обязанного лица) и стейблкоина (инструмент с эмитентом и обязательствами по поддержанию стоимости) предлагается разграничить для дифференцированного регулирования двух категорий.
- Перечень допущенных к обращению активов расширить за счёт нативных токенов блокчейнов — $SOL, $TRX и других, необходимых для функционирования сетей и стейблкоинов.
- Лимит для неквалифицированных инвесторов поднять до 600 тыс. руб. в месяц — против более жёстких ограничений, обсуждавшихся ранее.
- Зафиксировать статус иностранных площадок: работа либо через российского посредника, либо через включение в специальный перечень ЦБ.
- Функции ПОД/ФТ-контроля передать сертифицированным AML-операторам с международной экспертизой.
Позиция Банка России
Центральный банк по-прежнему квалифицирует криптовалюты как инструмент с высоким уровнем риска — без гарантий какой-либо юрисдикции, подверженный значительным колебаниям цены и санкционным рискам. Цифровые валюты и стейблкоины признаются валютными ценностями: их разрешено покупать и продавать, однако использовать для расчётов внутри страны нельзя.
Концепция регулятора предполагает завершение законодательной базы до 1 июля 2026 года. С 1 июля 2027 года вводится ответственность за нелегальную деятельность посредников. Резидентам будет разрешено приобретать криптовалюту за рубежом при условии уведомления налоговой службы.
Если поправки Новикова будут учтены, законопроект во втором чтении окажется заметно мягче первоначальной версии: двукратный рост месячного лимита для розничных инвесторов, расширение списка допустимых активов и легализация операций с некастодиальными кошельками способны изменить практическую применимость всей конструкции. Однако пакет по-прежнему остаётся предложением для межведомственного обсуждения — окончательная конфигурация документа определится в ходе согласования с Минфином до второго чтения.
Мнение ИИ
Исторический анализ показывает любопытную параллель: поправки Новикова повторяют логику российской валютной либерализации 2003–2006 годов, когда жесткий каркас закона смягчался не в тексте, а в подзаконных актах — дверь открывали, но ширину проёма определял регулятор без участия парламента. Показательна и структурная деталь текущего законопроекта: ключевые нормативы — требования к капиталу, резервирование — намеренно вынесены за рамки текста и переданы на усмотрение ЦБ. Это означает: даже принятый в «мягкой» редакции закон может ужесточаться регулятором без нового голосования в Думе.
Технический риск, оставшийся за кадром, — судьба смарт-контрактов и DeFi-протоколов. Ни первоначальная редакция, ни поправки Новикова не затрагивают децентрализованные приложения, работающие поверх тех же сетей $SOL и $TRX, которые предлагается легализовать. Инфраструктура бирж должна появиться к 2027 году — но правовой статус протоколов без эмитента и лицензиата по-прежнему не определен. Станет ли расширение списка допустимых активов реальным окном для рынка — или лишь витриной перед закрытой дверью?