bits.media
Одной из главных причин распродажи Хоффман назвал отказ от тезиса «$ETH — это деньги». Он признал, что эфир остается важной частью экосистемы Эфириума, однако так и не стал универсальным активом, на который рассчитывали многие сторонники проекта. По мнению Хоффмана, этот инвестиционный сценарий больше не выглядит реалистичным.
«$ETH — это в некоторой степени деньги. Но не та максимально успешная версия, к которой мы все вместе стремились», — пояснил Хоффман.
Успех блокчейна не обязательно означает аналогичный успех его нативного токена, считает предприниматель. Сегодня значительная часть ценности создается в приложениях, решениях второго уровня (L2), токенизированных активах реального мира (RWA), стейблкоинах и традиционных финансовых сервисах, использующих инфраструктуру Эфириума. Но эфир получает лишь часть выгоды от этого роста, сокрушается бизнесмен.
Хоффман сравнил Эфириум с Биткоином — сеть первой криптовалюты строилась вокруг идеи ценности самого актива, тогда как Эфириум развивался как платформа для смарт-контрактов, децентрализованных финансов и других сервисов. В результате сеть стала значительно функциональнее, однако связь между развитием экосистемы и ростом стоимости эфира стала менее очевидной.
Еще одной причиной продажи эфира бизнесмен назвал изменение структуры доходов внутри экосистемы. Ранее высокая активность в основной сети обеспечивала значительные комиссии, что поддерживало инвестиционную привлекательность $ETH. Однако по мере развития решений второго уровня часть пользователей, комиссий и доходов переместилась за пределы базового уровня блокчейна.
Похожая ситуация, по мнению Хоффмана, сложилась и со стейблкоинами. Хотя их объемы в сети Эфириума за последние годы выросли в десятки раз, главным бенефициаром этого процесса оказался доллар, а не эфир. Блокчейн помогает национальным валютам переходить в цифровую форму и использовать преимущества ончейна, но это не превращает $ETH в основную денежную единицу экосистемы.
Ранее Гарвардский университет распродал все принадлежавшие ему паи спотового биржевого фонда BlackRock, привязанные к стоимости эфира. Гарвард выручил на этой покупке $86,8 млн, указано в документах, отправленных Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC).