hashtelegraph.com
Биткоин подвержен рискам со стороны квантовых компьютеров, которые носят скорее социальный, чем технический характер, считают в Grayscale.
Исследование компании подчеркивает, что главная трудность для сети заключается не в поиске технического решения, а в способности сообщества договориться о дальнейших шагах. Недавняя работа Google показала, что квантовый компьютер способен взломать криптографию биткоина с гораздо меньшими ресурсами, чем ожидалось ранее. Однако, по оценке главы исследований Grayscale Зака Пандла (Zach Pandl), сам биткоин подвержен меньшему риску по сравнению с другими криптовалютами.
Дело в особенностях архитектуры сети. Биткоин использует модель UTXO и механизм консенсуса proof-of-work, не имеет встроенных смарт-контрактов, а некоторые типы адресов изначально неуязвимы для квантовых атак. Эти факторы снижают потенциальную угрозу.
Уязвимые монеты и их объем
Согласно Grayscale, около 1,7 млн биткоинов остаются под угрозой. Среди них — ранние адреса P2PK, где хранится около 1 млн монет, которые приписывают Сатоши Накамото (Satoshi Nakamoto). На текущий момент их стоимость превышает $68 млрд. Эти монеты связаны с потерянными и недоступными приватными ключами, и именно здесь возникает основная проблема.
Сообществу предстоит выбрать один из трех вариантов действий:
- сжечь уязвимые монеты;
- искусственно замедлить их расходование, ограничив скорость вывода средств с таких адресов;
- не предпринимать никаких шагов.
Все эти подходы технически реализуемы. Однако принятие решения может натолкнуться на серьезные разногласия. История биткоина знает немало острых споров по поводу изменений протокола. Достаточно вспомнить дискуссии прошлого года вокруг размещения изображений в блоках с помощью технологии Ordinals.
По мнению других аналитиков, квантовые компьютеры угрожают всем без исключения биткоинам.
Социальный аспект как главное препятствие
По словам Пандла, именно социальный фактор становится ключевым барьером. Сообщество уже сталкивалось с подобными дебатами, и они часто затягивались надолго. Два года назад противостояние вокруг Ordinals разделило участников сети на два лагеря, и разногласия сохраняются до сих пор, хотя накал страстей снизился.
Эксперты предполагают, что квантовые компьютеры могут достичь необходимого уровня мощности уже к 2030 году. Пока же никакой непосредственной угрозы безопасности публичных блокчейнов нет. Тем не менее подготовку к постквантовому будущему стоит ускорить.
Другие сети уже предпринимают шаги в этом направлении. Solana и XRP Ledger тестируют постквантовую криптографию, а Ethereum Foundation в феврале представила собственную дорожную карту по этому вопросу.
Что это значит для инвесторов
Инвесторам пока не стоит беспокоиться о текущей безопасности сети. Биткоин сохраняет устойчивость благодаря своей базовой архитектуре. В то же время важно понимать, что решение вопроса уязвимых монет потребует консенсуса, который в децентрализованной среде достигается непросто.
В конечном итоге потенциальное значение квантовых вызовов для биткоина определяется не только техническими возможностями, но и способностью сообщества прийти к единому мнению. Это подчеркивает, насколько важны механизмы координации в развитии ведущей криптовалюты.
Мнение ИИ
Cитуация с квантовыми угрозами для биткоина напоминает ранние этапы дискуссий о масштабируемости сети, когда технические решения уже существовали, но внедрение упиралось в координацию участников. История с обновлениями вроде SegWit показала, что даже при наличии готовых решений консенсус может формироваться годами, а это создает окно неопределенности при появлении новых технологических вызовов.
Анализ показывает, что за рамками обсуждения остаются инфраструктурные аспекты: уязвимость затрагивает не только сам протокол, но и кастодиальные сервисы, биржи и устаревшие кошельки, где приватные ключи могут быть скомпрометированы быстрее. Ситуация демонстрирует, что устойчивость экосистемы определяется не только кодом, но и скоростью обновления периферийных сервисов — и именно этот фактор может стать ключевым при развитии квантовых технологий.