Джонсон назвал биткоин схемой Понци — криптаны назвали схемой Понци саму Британию

Борис Джонсон (Boris Johnson), бывший премьер-министр Великобритании, назвал биткоин «схемой Понци» в опубликованной колонке для Daily Mail — и немедленно получил в ответ волну критики от биткоин-сообщества.

Материал начинается с душераздирающей истории приятеля Джонсона: тот сначала отдал мошеннику 500 фунтов стерлингов (около $661) с обещанием удвоить их через вложение в биткоин. Дальше — хуже. Следующие три с половиной года несчастный продолжал платить «комиссии», пока общая сумма потерь не достигла 20 000 фунтов (около $26 474). Деньги, разумеется, растворились в воздухе. «Он с трудом оплачивал счета. И был не единственным в такой ситуации», — пишет Джонсон со слов знакомого.

Из этой истории бывший премьер делает вывод о природе самого биткоина — что примерно так же логично, как обвинить весь рынок недвижимости из-за одного мошенника, продающего чужие квартиры. Схемы с «инвестициями в биткоин» — явление реальное и болезненное, но смешивать их с самим активом способен либо человек, не разобравшийся в вопросе, либо тот, кому выгодно в нем не разбираться.

Пикачу как эталон инвестиционной надежности

Венец аргументации Джонсона — сравнение биткоина с коллекционными карточками Pokemon. По его логике, карточки с Пикачу, которым уже тридцать лет и которые дети «обожают и оспаривают» друг у друга, — вполне себе торгуемый актив. Биткоин же — нет. Не потому что у него нет рынка, ликвидности или держателей по всему миру. Просто потому что пятилетние дети не дерутся за него на переменах.

Можно было бы возразить, что рыночная капитализация биткоина превышает триллион долларов, его принимают крупнейшие финансовые институты, а ETF на него торгуются на Уолл-стрит. Но кого волнуют такие подробности, когда на кону — Пикачу?

Сэйлор и Рошар дают ответ

Биткоин-сообщество отреагировало без промедления. Майкл Сейлор (Michael Saylor), основатель Strategy, объяснил разницу: схема Понци требует центрального оператора, обещающего доходность и выплачивающего ранним инвесторам средства от поздних. Биткоин не имеет ни эмитента, ни промоутера, ни гарантированной доходности — только открытую децентрализованную денежную сеть, управляемую кодом и рыночным спросом.

Пьер Рошар (Pierre Rochard), генеральный директор The Bitcoin Bond Company, пошел еще дальше и назвал схемой Понци саму Великобританию — государство, живущее в долг и финансирующее текущие обязательства за счет будущих заимствований. Выпад едкий — и, что характерно, не лишенный оснований.

Когда мошенника путают с инструментом

История, которой Джонсон открывает свою колонку, описывает классическую финансовую пирамиду с живым мошенником во главе. Это преступление существует абсолютно независимо от биткоина — ровно так же, как телефонные аферы с «внуком в беде» не делают телефон мошеннической схемой. Подмена понятий здесь настолько очевидна, что невольно задаешься вопросом: это полемическая небрежность бывшего политика или намеренная риторика?

Статья вышла в Daily Mail 14 марта и немедленно разошлась по биткоин-каналам — правда, совсем не в том смысле, на который рассчитывал ее автор. Аргумент о превосходстве карточек Pokemon над децентрализованной денежной сетью уже живет собственной жизнью в виде мемов, а Сейлор и другие деятели индустрии продолжают объяснять фундаментальные свойства биткоина всем, кто готов слушать. Джонсон же получил ровно то, что неизбежно получает любой публичный человек, публично называющий биткоин мошенничеством, — внимание и возражения. Очень много возражений.

Мнение ИИ

Исторический анализ показывает: биткоин объявляли мертвым более 400 раз с момента запуска сети — причем среди авторов некрологов были профессора Оксфорда, лауреаты Нобелевской премии и главы центральных банков. Паттерн воспроизводится с завидной регулярностью: публичная фигура называет биткоин схемой Понци, получает волну опровержений от сообщества, и цикл повторяется. Показательно, что каждый раз аргументы критиков остаются практически неизменными, тогда как сам актив за это время прошел путь от нескольких центов до шестизначных отметок.

Ситуация демонстрирует любопытную асимметрию: чем авторитетнее источник критики, тем громче резонанс — и тем больше людей впервые открывают для себя базовые принципы работы протокола.