Биткоин становится глобальным активом, на цену которого начинает влиять геополитическая и экономическая динамика. Бывший генеральный директор криптобиржи BitMEX и нынешний директор по инвестициям Maelstrom Артур Хейс уверен, что любые действия, предпринятые в связи с текущей слабостью иены, приведут к обесценению доллара США и, как следствие, к повышению курса биткоина.
В своём новом аналитическом обзоре «The Easy Button» Хейс заявил, что обменный курс доллара США к японскому юаню является «самой важной глобальной экономической переменной», поскольку его текущая нестабильность в конечном итоге приведёт к принятию мер со стороны Федеральной резервной системы США (ФРС).
Слишком слабая иена повлечёт действия и со стороны Китая, который попытается девальвировать свою валюту, чтобы сохранить конкурентоспособность по сравнению с японской продукцией. В случае ослабления китайского юаня в сложную ситуацию попадёт промышленный комплекс США, который будет продолжать вытеснять производство за границу.
Хейс подчеркнул, что для того, чтобы избежать подобного сценария, ФРС может пойти по лёгкому пути, попросту обменивая только что напечатанные доллары на иены, что позволит Банку Японии использовать полученные триллионы для интервенций на валютном рынке. Кроме того, это создаст условия для того, чтобы Китай тоже продолжил печатать юани и увеличивал свою денежную экспансию, не создавая при этом дисбаланса в своей экономике.
Однако, если всё сделать неправильно, это может положить конец гегемонии доллара как резервной валюты, учитывая, что он потеряет высокий процент своей стоимости по отношению к другим бумажным валютам и биткоину.
Хейс подсчитал, что, если его теория окажется верной, то «для любого институционального инвестора не составит труда купить акции одного из биткоин-ETF, зарегистрированных в США». И это позволит провозгласить биткоин «наиболее эффективным активом в условиях глобального обесценения бумажных денег».
При ослаблении иены, по моим математическим прикидкам, потоки в биткоин-пространство повысят цену до $1 млн и, возможно, даже больше, — заключил Хейс.