hashtelegraph.com
Нефть марки Brent впервые с марта 2022 года пробила отметку $100 за баррель — война США и Израиля против Ирана разрушила привычную логику энергетических рынков.
Поводом для резкого роста стало сочетание двух факторов: сокращение добычи нефти странами Ближнего Востока и фактическая блокада поставок через Персидский залив, включая Ормузский пролив. В ходе торгов на лондонской бирже ICE котировки Brent достигали $119,50 за баррель — после чего откатились примерно до $106 на фоне сообщений о готовности министров финансов G7 скоординировать выброс нефти из стратегических резервов совместно с Международным энергетическим агентством.
Один из тех, кто предвидел подобное развитие событий, — спецпредставитель президента России и глава РФПИ Кирилл Дмитриев. Ещё в июне он прогнозировал переход нефти в диапазон $100+, и теперь, когда прогноз сбылся, не скрывает удовлетворения. «Бинго — добро пожаловать в нефть по $100+. Большинство считали это невозможным», — написал он в соцсети X, добавив, что «стратегические ошибки по ограничению российской энергии будут полностью разоблачены».
В следующем посте Дмитриев расширил прогноз: «Нефтяной вопрос больше не ограничивается Ормузским проливом. Поскольку инфраструктура нефти и газа на Ближнем Востоке подвергается атакам, а добыча сдерживается, энергетический кризис будет гораздо глубже и продолжительнее, чем большинство ожидает».
Президент США Трамп отреагировал на рост цен принципиально иначе. В своей соцсети Truth Social он заявил, что нынешний рост носит краткосрочный характер и исчезнет сразу после устранения иранской ядерной угрозы. «Краткосрочные цены на нефть, которые быстро упадут, когда устранение иранской ядерной угрозы закончится, — это очень небольшая цена за безопасность и мир в США и во всём мире. Только дураки будут думать иначе!» — написал он.
Позиции двух сторон принципиально расходятся: Трамп рассматривает энергетические потрясения как временные издержки военной операции, тогда как Дмитриев указывает на структурный характер кризиса — атаки на инфраструктуру и ограничения добычи создают долгосрочный дефицит предложения вне зависимости от дипломатических развязок.
Нефть Brent на уровне почти $120 за баррель — это не просто биржевая статистика. Такие цены напрямую транслируются в стоимость топлива, транспортировку товаров и общий инфляционный фон. Насколько быстро рынок отыграет назад, будет зависеть от того, чей сценарий окажется ближе к реальности.
Мнение ИИ
Исторический анализ стратегических нефтяных резервов показывает: G7 уже задействовал этот инструмент в марте 2022 года после начала украинского конфликта — тогда МЭА скоординировало выброс 60 млн баррелей, однако нефть удержалась выше $100 почти четыре месяца. Иными словами, резервы способны сбить пик, но не устранить структурный дефицит.
Нынешний конфликт добавляет принципиально новое измерение: как зафиксировал Bitwise, пока традиционные биржи были закрыты в выходные, именно криптоплатформа Hyperliquid стала основным ценовым ориентиром для нефти.