ru
Назад к списку

Иран: сможет ли наследник Персидской завладеть исламским миром при помощи цифровой валюты?

17 Декабрь 2018 12:24, UTC
Олег Колдаев

Из стран Ближнего Востока Иран ближе всего подошел к созданию национальной цифровой денежной единицы. Положение обязывает: страна который год находится под санкциям. Однако только ли они служат стимулом для развития криптовалютного проекта? Давайте разберемся, какие еще мотивы толкают власти страны к принятию инноваций. И почему кабинет министров Исламской республики рассматривает законопроект о легализации оборота других виртуальных активов в стране.

О введении виртуальных платежных средств для обхода американских санкций в Тегеране заговорили еще в 2017 году. С тех пор проект прошел массу согласований в различных министерствах и ведомствах. По словам главы иранской fintech-корпорации Informatics Services Сейеда Абуталеба НАДЖАФИ, соответствующий пакет документов находится на рассмотрении в Центральном банке, поскольку, согласно замыслу, монета будет иммитироваться главным финансовым регулятором и иметь привязку к фиатной валюте — иранскому реалу. Наджафи также отметил, что технологическая составляющая криптовалюты находится в высокой степени готовности, и как только стартап получит одобрение ЦБ, финансовый актив можно будет вводить в обращение. Однако доступен он будет в первое время только для межбанковских и трансграничных платежей: власти Ирана не стали множить сущности и пошли по пути двух других исламских государств - Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов, которые планируют внедрение цифровых расчетных единиц через традиционную банковскую сферу.

Глава корпорации Сейеда Абуталеба НАДЖАФИ также подчеркнул, что привязка к риалу очень важна с точки зрения финансовой стабильности, поэтому выпуск криптовалюты не будет дополнительной денежной эмиссией, которая может подстегнуть и без того высокую инфляцию, а напротив, каждая виртуальная монета станет своеобразным цифровым зеркалом конкретной фиатной единицы. Соответственно, обращение тех наличных и электронных риалов, у которых появятся цифровые копии, будет остановлено. Это означает плавную замену классических денег цифровыми.

Заинтересованность властей Исламской Республики в развитии рынка виртуальных активов иллюстрирует еще один факт: 12 декабря кабинет министров Ирана рассмотрел ряд мер по регулированию оборота токенов. Секретарь верховного совета по киберпространству Аболхассан ФИРУЗАБАДИ завил, что из-за популярности цифровых технологий и роста неофициального использования криптовалют возникла потребность в создании необходимой законодательной базы, которая бы обеспечивала прозрачность и безопасность транзакций. «Из-за важности криптовалют, верховный совет по киберпространству настаивает, чтобы работа по правовому анализу была закончена как можно скорее», - отметил он.

Такая спешка объясняется тремя причинами. И первая из них — санкции. Американская политика в отношении Исламского государства последнему обходиться все дороже. Так например, буквально за месяц после введения санкционного пакета, экспорт иранской нефти в Турцию сократился с 227 000 баррелей в день до 70 000 и объем продолжает падать. И несмотря на то, что Китай и Индия увеличили закупки до 360 000 и 300 000 баррелей в сутки, но это не помогло Ирану наполнить бюджет, выручка от продажи сырья неуклонно сокращается. «У нас нет судов, чтобы вовремя экспортировать нефть», - заявил местному информагентсву источник в правительстве. Танкеры принадлежат по большей части транснациональным транспортным компаниям, многие из которых не хотят вступать в конфронтацию с правительством США. Тех же кто не боится гнева великой державы на рынке меньшинство. Поэтому экспортные издержки неуклонно растут.

Такое положение дел негативно повлияло на официальный обменный курс реала, который упал с 36 000 за $1 до 42 000, в то время как на черном рынке он вырос с 43 000 реалов в начале года  до 128 000 к декабрю.

К этим проблемам добавилось отключение кредитных учреждений Исламской Республики от системы SWIFT, что крайне затруднило взаиморасчеты даже по уже исполненным контрактам. Иран и Индия уже перешли на расчеты за нефть в рупиях, но это всего лишь один независимый канал транзакций, а поставщиков и импортеров десятки тысяч.


Исламской Республике необходимо как можно скорее создать универсальную цифровую платежную систему, которая заменит SWIFT и единую расчетную единицу, вместо американской валюты. Этого же, по большому счету, добиваются и конкуренты - Саудовская Аравия и ОАЭ.

С долларом, кстати, связана вторая причина спешки с криптовалютным проектом. В стране разрастается черный валютный рынок. На фоне стремительного падения реала, граждане спасают свои сбережения как могут. Но проблема в том, что главной резервной валютой в теневой сфере экономики у главного антагониста США является все-таки американский доллар. Менялы умудряются развозить валюту даже в коробках с пиццей.

Власти Ирана пытались бороться с незаконными валютными операциями: в конце лета по этому обвинению было задержано 67 человек, которым теперь грозит смертная казнь. Однако даже такая угроза не действует на людей, доведенных до нищеты.

Видя бесперспективность карательных мер, правительство пошло на беспрецедентный шаг — легализовало вторичный валютный рынок. Теперь долларами можно торговать вполне официально, есть лишь ограничения на сумму операций и их ежедневное количество.

Несомненно, это был шаг отчаяния для лидеров Исламской Республики. Но репутационные потери можно нивелировать, найдя доллару достойную замену. Децентрализованные валюты, не имитируемые ни одним из государств и не регулируемые центробанкам, могут стать такой альтернативой. Биткоин, как и подавляющее количество других цифровых монет, политически нейтрален. Осталось лишь легализовать рынок цифровых активов.

И наконец третья причина — борьба за исламский финансовый сектор. Иран, как наследник Персидской державы, видит себя лидером востока, но без контроля над экономикой и финансами исламского мира о таком завидном положении можно забыть. Сегодня вопрос стоит просто: первый, кто выпустит цифровой актив, сделает шаг в будущее принципиально новой монетарной системы, которая завладеет не только экономической инициативой, но и сознанием людей.