kommersant.ru
Столичный инвестор Гагик Гулакян, обвиняемый вместе с Валерией Федякиной (Битмама) в незаконной банковской деятельности на сумму более 5,6 млрд руб., впервые выступил в суде. По версии бизнесмена, в его проблемах с законом виновата Битмама, а также американо-иранский конфликт: дрон попал в его дом в Дубае, поэтому он был вынужден отправиться в ОАЭ, что следствие сочло попыткой побега из России.
Заключенный в СИЗО 9 апреля по ходатайству Главного следственного управления Следственного комитета России (ГСУ СКР) по Москве бизнесмен до сих пор, по данным “Ъ”, показаний не давал. Однако на заседании Замоскворецкого райсуда Москвы он буквально излил душу.
Инвестор, который в 2023 году проходил по делу Битмамы потерпевшим, признался, что был обескуражен обвинением в незаконной банковской деятельности (ч. 2 ст. 172 УК РФ), по которому ему теперь грозит до семи лет колонии. Обвинение в том же в мае инкриминировали и Валерии Федякиной, занимавшейся под брендами «Битмама» (Bitmama) и «Битмама Финанс» (Bitmama Finance) так называемыми перестановками денежных средств. Данная услуга стала популярной после введения антироссийских санкций и заключалась в том, что бизнесмены, которым требовались деньги на оплату товаров, сдавали их в одной стране, а получали в другой.
По версии следствия, с 22 марта по 15 сентября 2023 года, действуя в составе организованной группы, Валерия Федякина, Гагик Гулакян и неустановленные лица извлекли незаконный доход на сумму 315,6 млн руб. и около 184 млн дирхамов ОАЭ (5,3 млрд руб. по тогдашнему курсу ЦБ).
В суде Гагик Гулакян заявил, что не занимался «перестановками». «Это не моя история, не моя площадка, я там не в доле, я там не зарабатывал»,— сказал предприниматель, посетовав, что у него «уши заворачиваются» от версии следствия. Обвиняемый утверждал, что обращался к Битмаме как клиент, для того чтобы «перебросить деньги в ОАЭ» и приобрести там некое оборудование для продажи его в России. Он утверждал, что занимался «импортом и экспортом».
Бизнесмен, обвинивший ранее Валерию Федякину в хищении денег, которые ему доверили его клиенты, в суде возмутился, что сам впоследствии оказался за решеткой. «Вначале меня ограбили, а теперь еще и сажают!» — сказал он.
«Если бы я был террористом, экстремистом, занимался бы наркотой — вопросов бы не было! Я не знаю, почему так происходит. Может быть, какие-то люди остались недовольны»,— высказал мнение о причинах своего ареста инвестор.
Гагик Гулакян выразил несогласие и с доводами следователя ГСУ СКР, который заявил, что предприниматель проигнорировал повестку на допрос и пытался скрыться, улетев в Дубай. «У меня даже в мыслях не было скрываться!» — заверил обвиняемый.
Бизнесмен, которого задержали в аэропорту Домодедово, утверждал, что не получал «ни одного звонка» от следователей, к которым всего три года назад «ездил раз в две недели стабильно» в качестве потерпевшего. По его версии, в ОАЭ он собирался слетать на время. «Я улетал в Дубай потому, что хозяин квартиры, которую я снимал, гражданин КНР, сказал: "Срочно приезжай и выселяйся, потому что идет эвакуация дома". Там дрон залетел на 54-й этаж, а я жил на 32-м»,— рассказал обвиняемый, отметив, что информацию об этом можно перепроверить в интернете. Он утверждал, что постоянно проживает и работает в России, а за границу ездит на полмесяца-месяц по делам, стараясь подняться после «падения», которое у него случилось в результате сотрудничества с Битмамой.
Гагик Гулакян не согласился с доводами следователя о том, что материальное положение обвиняемого, который является гражданином России и Венесуэлы, а также имеет вид на жительство в ОАЭ, позволит ему «длительное время скрываться от предварительного следствия» за границей.
Арестованный уверял, что после истории с Битмамой он «оказался в долгах», ему «пришлось продать все, что можно, и все, что нельзя». С тех пор он живет в съемном жилье, находится на содержании у брата и у него «нет возможности обеспечить себя за границей».
Бизнесмен посетовал, что незадолго до задержания перенес тяжелую стоматологическую операцию и в СИЗО ему пришлось 21 день колоть антибиотики. «Я могу показать, что у меня происходит в полости рта сейчас»,— предложил Гагик Гулакян, попросив суд проявить «лояльность», переведя его под домашний арест. Он заявил, что «даже близко не стоит с контингентом», которым заполнены камеры СИЗО, и не перестает удивляться, кого встречает: «Я еду в автозаке — там человек, который 300 кг кокаина возил. Я просто офигеваю!»
Адвокаты предпринимателя Елизавета Меткина и Иван Миронов просили отклонить ходатайство следствия, избрав их подзащитному любую иную меру пресечения, не связанную с лишением свободы. Защитники отмечали, что, находясь на свободе, их клиент не сможет скрыться, так как паспорта у него изъяты.
В ответ следователь указал, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения, до настоящего времени не изменились и предстоит провести целый ряд следственных и процессуальных действий, в частности установить и привлечь к ответственности соучастников преступления, для чего требуется время. При этом отпускать на волю фигуранта нельзя, поскольку там он может оказать давление на других подозреваемых и свидетелей.
Судья оставила Гагика Гулакяна в СИЗО до 7 июля.
Его адвокаты заявили, что намерены подать в Мосгорсуд апелляцию. Елизавета Меткина назвала предъявленное ее подзащитному обвинение абсурдным.
Она отметила, что приговором Пресненского суда Москвы от 26 июня 2025 года Гагик Гулакян вместе с другими бизнесменами был признан потерпевшим, а судам запрещено избирать обвиняемым в незаконной банковской деятельности меру пресечения в виде заключения под стражу, если они имеют постоянное место жительства. «Это требование было проигнорировано, данная мера пресечения была продлена»,— сказала адвокат.
Госпожа Меткина также считает, что действия ее подзащитного не подпадают под вменяемую ему в вину статью, поскольку ее главным признаком является «незаконное использование банковских инструментов, в первую очередь расчетных счетов». «Как следует из материалов дела, Федякина и неустановленные лица никаких банковских операций не проводили, расчетные счета не использовали, работая через "перестановки" и обмен крипты»,— сказала “Ъ” адвокат.
Она отметила, что на сегодняшний день операции с криптовалютой, а именно это вменяют в вину Гагику Гулакяну, никак не регулируются законом о банковской деятельности, поскольку к этой деятельности никакого отношения не имеют. «Никакая цифровая валюта на сегодняшний день не является денежной единицей, по закону это имущество»,— заявила госпожа Меткина. Также она считает, что имела место подмена понятий и с вменяемыми в вину ее подзащитному незаконной инкассацией и кассовым обслуживанием. «Но и то и другое не являются таковыми без зачисления денежных средств на банковский счет»,— считает защитник.
Мария Локотецкая