Правительство России отказалось от запрета иностранных нейросетей

Российское правительство завершило работу над законопроектом об искусственном интеллекте — итоговый документ кардинально отличается от ранних версий. Законопроект сменил название: вместо «регулирования ИИ» он теперь называется «О поддержке развития технологий ИИ». Число статей сократилось с 21 до 13, запретительные нормы исчезли, включая ограничения на трансграничный ИИ, которые в первых версиях допускали блокировку иностранных нейросетей.

Вице-премьер и глава Аппарата Правительства Дмитрий Григоренко, курировавший работу над документом, объяснил его логику: «Прежде всего, законопроект вводит в законодательство базовые понятия, включая искусственный интеллект и большие языковые модели. Сегодня такие технологии активно внедряются тысячами компаний и государственными учреждениями, однако их официальное определение в российском правовом поле до сих пор отсутствовало. Кроме того, законопроект создаёт условия для приоритетного развития отечественных ИИ-моделей — российские разработчики получают право на меры государственной поддержки».

Ещё в начале июня, на полях ПМЭФ, Григоренко обозначил общий вектор: «Мы вообще не рассматриваем запреты, в том числе на иностранные нейросети. Цель регулирования — простимулировать разработку и спрос на отечественные решения. Запретительных положений в законопроекте нет». Финальный текст это подтверждает.

Что изменилось в законе

Главная корректировка — сужение предмета регулирования. Закон теперь распространяется только на большие фундаментальные модели (БФМ) с более чем 1 млрд параметров. Малые решения — системы компьютерного зрения, свёрточные нейронные сети, опенсорсные инструменты — под действие закона не попадают. Для коммерческого рынка, работающего с прикладным генеративным ИИ, это фактически дерегуляция.

Из документа убрали понятие «доверенных» моделей и реестр к ним, исключили обязанность обучать модели исключительно на российских данных, обязанности операторов и пользователей систем. Закон теперь регулирует не то, как ИИ применяется к людям, а то, как в стране строятся фундаментальные модели.

Суверенные и национальные модели

Законопроект вводит два статуса — «суверенная» и «национальная» модель. Требования к обеим: разработка российскими юридическими лицами, хранение данных и обработка запросов на территории России, соответствие российскому законодательству. Суверенная модель должна допускать полное воспроизведение «с нуля» на территории страны. Разработчики таких моделей получают право на меры государственной поддержки.

Когда закон вступит в силу

Большинство норм начнут действовать с 1 сентября 2026 года. Положения о суверенных и национальных моделях, обязанности разработчиков, маркировка и нормы авторского права — с 1 марта 2027 года. Для информационных систем, где ИИ уже функционирует к тому моменту, переходный период продлён до 1 сентября 2032 года. Внесение законопроекта в Госдуму ожидается до конца весенней сессии.

Ранее мы подробно разбирали раннюю версию законопроекта, в которой фигурировала норма о трансграничной передаче данных и обязательная маркировка ИИ-контента в соцсетях. В финальном тексте от этих положений отказались.

Мнение ИИ

С точки зрения машинного анализа данных, итоговая мягкость российского законопроекта вписывается в общий международный тренд балансирования между контролем и стимулированием отрасли. Китай выбрал противоположную траекторию — там установлена нормативная база, охватывающая безопасность, конфиденциальность и этику генеративных моделей, причём государство параллельно вливает миллиарды юаней в развитие собственных ИИ-компаний. Российский подход — порог в 1 млрд параметров и статус «суверенной модели» — технически решает похожую задачу другим способом: вместо прямого контроля контента закон выстраивает барьер вокруг инфраструктуры и происхождения капитала.

Любопытен и американский контекст: лоббисты крупных ИИ-компаний в США также убеждают регуляторов, что скорость разработки равна патриотизму, а коммерческий успех компаний выгоден всей стране — и в этом смысле логика поддержки «отечественных решений» оказывается универсальным языком для индустрии независимо от юрисдикции.