Аксаков потребовал расширить «белые списки» чебурнета на все банки России

В России из более чем 300 банков в «белые списки» чебурнета включены лишь пять. Глава думского комитета по финансовому рынку Анатолий Аксаков потребовал расширить перечень на все кредитные организации страны — и это требование появилось не на пустом месте.

Апрельский коллапс как точка отсчёта

Чтобы понять, почему вопрос о «белых списках» вообще встал, нужно вернуться к началу апреля 2026 года. Тогда попытка Роскомнадзора заблокировать Telegram через новые алгоритмы фильтрации трафика обернулась масштабным банковским сбоем: фильтры ошибочно блокировали запросы самих банков, платёжные шлюзы отключались каскадом, а в ряде регионов наличные временно стали единственным способом расчёта. Именно тогда стало очевидно: архитектура чебурнета бьёт по финансовой инфраструктуре не хуже, чем по VPN-пользователям.

«Белые списки» — механизм, при котором в условиях ограничений мобильного интернета пользователи сохраняют доступ только к заранее одобренным ресурсам, — применяются исключительно в мобильном сегменте. Минцифры официально подтвердило это ещё в марте, опровергнув слухи об ограничениях для домашнего интернета. Однако даже в мобильном сегменте ситуация выглядит показательно: из более чем 300 действующих банков в перечень включены лишь ВТБ, Альфа-Банк, ПСБ, МТС Банк и Газпромбанк.

Что предлагает Аксаков — и почему это не благотворительность

Аксаков направил предложение о расширении списка премьер-министру Михаилу Мишустину и намерен обратиться непосредственно в Министерство цифрового развития. Отдельно будет обсуждаться включение небольших региональных банков, которые в своих регионах нередко выполняют роль основного финансового института.

Инициатива выглядит разумной, но её природа — не забота о гражданах, а попытка устранить уязвимость, которую сама же система регуляции интернета и создала. Пока чебурнет последовательно расширяется — Минцифры планирует нарастить мощность системы фильтрации трафика в 2,5 раза к 2030 году, — каждое новое ограничение несёт потенциальный риск для финансовых сервисов, которые в эти ограничения не вписаны.

Мнение ИИ

Ситуация с «белыми списками» демонстрирует классическую проблему регуляторного арбитража: критерии попадания в перечень оказались не техническими, а бюрократическими. Причина, по которой приложения Сбера и Т-Банка не попали в список, — формальное требование ФСБ: банки без внедрённой системы хранения переписок (СОРМ) туда не допускаются. Иными словами, доступ к банковским сервисам для граждан стал функцией от степени слежки за этими же гражданами — это не техническая архитектура, а политическая сделка, встроенная в сетевой код.